Я боюсь

Я боюсь, что когда-нибудь настанет день, когда о каких-то важных изменениях в жизни моих подруг я буду узнавать из ленты новостей в социальных сетях. Я боюсь, что жизнь когда-нибудь забросит нас в разные города или даже на разные континенты. Я боюсь, что однажды я возьму в руки телефон и пойму, что мне стыдно звонить кому-то просто потому, что я так долго не звонила. Я боюсь, что скоро наступит наш личный «кризис двадцатилетних», когда каждый будет занят взрослением, поиском собственного голоса и своего места в этом мире. Я боюсь, что я в какой-то мере всегда буду соперничать с остальными в том, у кого успешнее сложится жизнь. Я боюсь, что я не смогу искренне радоваться за других из-за этого. Я боюсь, что однажды утром я проснусь и пойму, что рядом со мной никого не осталось. И виновата отчасти в этом я сама.
Порой мне ужасно стыдно за свою несдержанность, нетерпимость, равнодушие, занятость, гордость, упрямость и прочие мелкие (и крупные) недостатки, которые мешают мне в отношениях с людьми. 
Пожалуйста, тот, кто сидит там наверху. Дай мне сил и терпения. Я обязательно исправлюсь.

Реклама

Зима в уездном городе Н.

Когда пишешь о путешествии (кратком или долгом — не важно), самое сложное — это начать. Собрать воедино все кусочки своего восторга, придумать первое предложение, а дальше повествование подхватит тебя само, слова будут складываться в предложения и текст заживет своей жизнью, а мне останется лишь успевать записывать.

Изображение 043
Читать далее

То время суток, когда встает солнце, но его еще не видно

Я проснулась, когда расплакалась. То есть я тогда уже проснулась и лежала в кровати, пытаясь убедить себя то ли еще уснуть, то ли уже встать. Внезапно на меня подуло из форточки, и я расплакалась просто от этого дуновения, от запаха. Как меня дернуло, как меня вынесло в прошлую зиму. И чего я расплакалась. Ведь год только начался. 

IMG_1916

Бывают дни, когда хочется спрятать голову под подушку.

В переходе метро с Пл.Восстания на Маяковскую, забившись в угол, сидела девушка. Худенькая, прилично одетая, абсолютно нормальная на вид. Она плакала. Люди шли мимо и даже не замечали, вернее, не хотели ее замечать. Один молодой человек, который шел в паре шагов от нас, подошел к ней, присел рядом и спросил, все ли в порядке.
Что было дальше — я не знаю. Равно как и не знаю, что случилось у этой девушки. Я вообще прошла мимо, успокаивая свою совесть тем, что ужасно спешу. И теперь мне очень стыдно. Потому что на ее месте могла бы быть я. Да и каждый из нас может там оказаться.
Жизнь в городе похожа на жизнь в ракушке. Ты живешь в толстом панцире, закрываешься от остальных, потому что боишься, как бы кто не подцепил тебя за твое мягкое беззащитное тело, как бы не растоптал и не уничтожил. Посмотрите на людей в метро — почти все скрещивают руки и ноги, почти все избегают смотреть в глаза. В местах большого скопления людей ты чувствуешь себя особенно уязвимым, и это чувство рождает больший дискомфорт, чем натертая мозоль. Ты злишься потому, что кто-то стоит слишком близко к тебе, нарушает твое жизненное пространство. Тебе кажется что все тебя обсуждают, более того — осуждают. Ты мучаешься, начинаешь копаться в себе, обнаруживаешь миллиард недостатков и выходишь из метро подавленный и злой.
Человечество не смогло бы эволюционировать, если бы однажды несколько гуманоидов не сбились в человеческую стаю. Но стая на то и стая, что готова растерзать тебя, если ты ненароком выбьешься из общего уклада.
Кстати, те, кто думают, что мы уже давно не стая, глубоко ошибаются.